Однажды люди вдруг понимают, что им необязательно жить так, как им говорили.
По-настоящему нация велика не тогда, когда она состоит из большого числа думающих, свободных и энергичных людей, а когда мысль, свобода и энергия подчинены идеалу более высокому, чем у среднего члена общества.
Можно легко понять, каким образом мысль о царствии небесном появляется в человеческом сознании даже тогда, когда оно теряет точку опоры. Должен же быть какой-то другой мир, кроме этого болота, где все свалено в кучу.
— Люди строили города, чтобы уйти от зверя, а сами озверели, одичали.
Мы никогда не жили при демократии; мы все еще живем при фаллократии.
Ты моя главная одержимость. И я намерен предаваться ей всегда и везде.