Евреи — народ пугливый. Девятнадцать веков христианской любви расстроили их нервы.

Окружение меняется так постепенно, что ты, не замечая, миришься с этим, а потом вдруг видишь, что всё уже не то.

Несчастные всегда виноваты: виноваты в том, что существуют, что говорят, что нуждаются в других и что не могут оказать им услуг.

Небо и земля долговечны потому, что они существуют не для себя.

Нельзя писать умом — надо быть в письме, проживать жизнь над машинкой.