Логика страсти, даже если она служит справедливости, никогда не убеждает того, кто этой страстью не охвачен.

Будучи посредственностью, незачем лезть из кожи вон, доказывая, что ты посредственность. Это и так заметно.

Истинная тоска сама по себе беспредметна.

Бедные не нуждаются в благотворительности, им нужна справедливость.

Вопрос, приносит ли пользу грубое насилие, никем ещё не разрешён. Насилие так неотъемлемо связано с нашим бренным существованием, что приобретает характер закономерности. Более того, возможно, что именно ему мы обязаны зрелищем, именуемым жизнью.