— Он говорит, что в детстве мамка его ушибла, и с тех пор от него отдает немного водкою.
Я не такой как все (быть может, даже с примесью гениальности).
Мы потеряли невинность в боях за любовь.
Совы не то, чем кажутся...
— О, Лиза, присоединяйся к нам. — Нет, спасибо, солнышко. Здесь воняет шлюхами.
И если человек смеётся, если во всём животном царстве только он способен на эту жуткую деформацию лицевых мышц, то лишь потому, что только он, пройдя естественную стадию животного эгоизма, достиг высшей, дьявольской стадии жестокости.