Нельзя, я понял, храм любви Воздвигнуть на песке обмана.
В «треугольнике» возможна только двойная жизнь.
Тот, кто не хочет подражать никому, ничего не производит.
Евреи — народ пугливый. Девятнадцать веков христианской любви расстроили их нервы.
Мне хочется всегда быть только собой. Что может быть скромнее?
Это совершенно неважно. Вот почему это так интересно.