Взрослый человек не может снова стать ребенком, не впадая в детство. Но разве его не радует наивность ребенка и разве сам он не должен стремиться к тому, чтобы на более высокой ступени воспроизвести присущую ребенку правду?

Нет конца учению.

Между нами существует нечто вроде приливов и отливов взаимной притягательности.

Американцы и весь демократический мир потеряли главное свое достояние — характер. Эта их терпимость хуже, чем сифилис, убийство, хуже, чем безумие.

Всякого рода привилегии — это могила для свободы и справедливости.