Ухо наше для лести — широко раскрытая дверь, для правды же — игольное ушко.

Знать — несчастье, но отказаться действовать — преступление, когда знаешь, что надо делать.

Под грязными лохмотьями Диогена скрывалось, быть может, столько же гордости, как под пышной одеждой божественного Платона.

Мудрец под конец жизни понимает, что смерть страшна только со стороны, для близких людей, но для себя смерти нет, и сам человек в себе как родится бессмертным, так и уходит от нас.

Я несчастлив до корней всех волос.