Есть какой-то хмель в откровенности; она одуряет и увлекает; и как рад человек, когда найдет другого человека и когда он, оглядевшись, уверится, что над его мыслью никто не стоит, запрет двери — и тут-то польются речи рекой, и тогда именно можно заговориться до охмеления.

Женщины, по-моему, могут все на свете, и никакой мужчина им не нужен, разве только чтобы делать детей.

Чем старше я становлюсь, тем меньше обращаю внимание на то, что говорят люди. Вместо этого я наблюдаю за тем, что они делают.

— Она пьет?
— Не больше вашей жены.
— Да, но моя жена алкоголичка.

Можно вытащить мальчишек из войны, но вытащить войну из их голов невозможно.