Сердце её день ото дня ожесточалось всё больше, одеваясь в чёрствость, как в броню.
Если кто-то наконец захотел меня выслушать, я такому человеку не откажу.
Любой предмет можно сделать интересным, следовательно, любой предмет можно сделать скучным.
Всем хорошим во мне я обязан книгам.
Изнанка любви — раздражение.
Я слышу не то, что ты мне говоришь, а голос. Я вижу не то, во что ты одета, а ровный снег. И это не комната, где мы сидим, но полюс; плюс наши следы ведут от него, а не к.