Мы никогда не соразмеряем того, как поступаем с другими.
Все мы нуждаемся в образце для подражания, или по крайней мере все мы таковой ищем. Нам нужен кто-то, живший на этом свете до нас, по чьим следам мы могли бы ступать, повторяя его судьбу — или хотя бы веря в это.
Любовь — божество ревнивое и начинает гневаться, если её перестают бояться. Иной раз только потому и влюбляются, что поклялись не любить.
Иногда обман зрения манит ярче, нежели то, что есть на самом деле.
Беды наших любимых часто причиняют нам самые горькие мучения.
— А! Константин Дмитрич! Опять приехали в наш развратный Вавилон. Что, Вавилон исправился или вы испортились?