Нет такой серьезной вещи, о которой нельзя было бы говорить с улыбкой.

Не зная никакого бога, я сделал человека предметом своего поклонения. Конечно, я успел узнать, как низко он может пасть. Но это лишь увеличивает моё уважение к нему, ибо позволяет оценить те высоты, которых он достиг.

Идеал — это сильнейшее средство, которое удваивает силы таланта и убивает посредственность.

Чтобы понять, как мы надоедливы, достаточно вспомнить, какими занудами бывают другие, когда говорят с нами.

О самой вере нельзя сказать ничего дурного, но о проповедниках веры — увы, можно.