Великая трудность воспитания — это держать детей в повиновении, не портя их характера.

Если смотреть на жизнь как на задачу, её всегда можно вынести.

У меня нет интереса к литературе, литература — это я сам, это моя плоть и кровь, и быть другим я не могу.

Искусство отдалить человека от себя сложнее, чем искусство внушать любовь.

О Мандельштаме говорили критики, якобы он отгородился книжным щитом от жизни. Во-первых, это не книжный щит, а щит культуры. А во-вторых, это не щит, а меч. Каждое стихотворение Мандельштама — нападение.