Больше всего тебе хотелось бы — какая скромность! — бессмертия, чтобы читать.

Армейская дисциплина тяжела, но это тяжесть щита, а не ярма.

С тех пор как он утратил добродетель, сохранение ее видимости обрело для него особую важность.

Мужчина не думает о себе лишь в те минуты, когда он уверен, что кто-то другой думает только о нем.

Мне так много нужно ещё сделать, а жизнь так коротка; я должен торопиться.