— Они же его убьют!
— Это суровый и опасный мир, всякое бывает.

Лишь тот судьбою одарен счастливой,
Тот радостен, чье сердце справедливо.

Жизнь — кинематограф, смерть — фотография.

Если старый человек говорит о своём пожилом возрасте как о чём-то необычном, то это значит, что иного повода для гордости у него нет.

Может быть, в этом-то и заключена суть сумасшествия: предохранительный клапан, уберегающий от невыносимого давления тревоги.