Я верую, и если вера моя не напрасна, Тот, в Кого я верую, знает об этом и без моих деклараций.

Статую красит вид, а человека — деяния его.

Человек, кажется, не может зачерстветь и одеревенеть до такой степени, чтобы не питать хотя сколько-нибудь живого чувства к живому существу. Часто человеконенавидцы привязываются к какой-нибудь собаке, кошке и т.п.

— Хороший вы народ, мужики! Только облику не теряйте.

Полагаясь во всем на разум, мы неизбежно придем к отрицанию собственного существования.