Без практики сердце черствеет, теряешь всякую способность к взаимности. И в конце концов, пытаясь защитить себя, замыкаешься в самом грустном, что только есть на свете: в своём одиночестве.

Я тоже хотел быть. Собственно, ничего другого я и не хотел — вот она, разгадка моей жизни; в недрах всех моих начинаний, которые кажутся хаотичными, я обнаруживаю одну неизменную цель: изгнать из себя существование, избавить каждую секунду жировых наслоений, выжать ее, высушить, самому очиститься, отвердеть, чтобы издать наконец четкий и точный звук ноты саксофона.

Постоянные колебания простительны только маятнику.

Любовь — короткая заметка, но все зависит от чтеца.

— Придётся ночью посидеть.
— Посиди, посиди. Чем по бабам бегать.
— По каким бабам?
— Ленинград — город маленький, Андрей Палыч.