Кто виноват, что люди несчастны и не умеют жить, имея впереди по шестидесяти лет жизни?

Человек твердый приписывает все воле; человек восторженный — воображению; человек чувствительный — любви.

Каждый таскает за собой свою смерть до первого удобного случая.

Мы потому так непостоянны в дружбе, что трудно познать свойства души человека и легко познать свойства ума.

Сочувствие – общественно приемлемая форма назойливости.