Кто виноват, что люди несчастны и не умеют жить, имея впереди по шестидесяти лет жизни?
Не становится ли событие тем значительнее и исключительнее, чем большее число случайностей приводит к нему?
Почему я страдаю не так сильно, как хотел бы? Неужели у меня нет сердца?
Бессовестные женщины сплетничают беззастенчиво, совестливые — застенчиво.
— Рабов теперь нет. Мы все равны и свободны. Нет рабов, потому что нет господ. — Есть один страшный господин. — Кто? — Толпа. Это ваше ужасное «большинство».
Бездарные никогда не чувствуют себя бездарными. Они не мучаются, они завидуют и злятся.