— Вот он, этот коварный тип гражданской наружности!
Мало есть людей, которые были бы всегда достойны называться людьми.
Моя любовь никому не принесла счастья, потому что я ничем не жертвовал для тех, кого любил: я любил для себя, для собственного удовольствия: я только удовлетворял странную потребность сердца, с жадностью поглощая их чувства, их радости и страданья — и никогда не мог насытиться.
Глупцы говорят, трусы молчат, мудрецы слушают.
В России дух свободы анонимен И только потому неистребим.
Ежели ты что хорошее сделаешь с трудом, труд минется, а хорошее останется, а ежели сделаешь что худое с услаждением, услаждение минется, а худое останется.