Помнить нельзя, забыть страшно - рамки довольно узкие.
Удовольствия, к которым мы не привыкли, беспокоят нас больше, чем привычные горести.
У меня всегда была слабая воля. В детстве я слушался всех и подпадал под любое влияние. "Валя очень послушный мальчик", – говорила мать с гордостью. Не знаю, чем тут можно было гордиться.
Жить надо не для себя и не для других только, а со всеми и для всех.
Жизнь — как ящик с вероятностями.
Медленно начал падать снег. Закружились первые хлопья. Казалось, это кружатся души умерших.