Он вообще любил гордых, — с ними легче переносятся несчастья, а счастье можно разделить и с собакой.

Стремление к радости, к счастью упорно, неистребимо, оно пустило глубокие корни в нашей душе.

Истинному писателю нечего сказать. Имеет значение лишь то, как он это скажет.

Уважения мы оказываем ровно столько, сколько его требуют.

Почему с детства тянет человека даль, ширь, глубина, высота, неизвестное, опасное, то, где можно размахнуться жизнью, даже потерять ее за что-нибудь или за кого-нибудь?