Те, кого людское правосудие или людская злоба держат за решеткой, нетерпеливо подгоняют настоящее, враждебно косятся на прошлое и абсолютно лишены будущего.

Нет ничего более определенного, чем смерть. Нет ничего менее определенного, чем ее час.

Себя как в зеркале я вижу,
но это зеркало мне льстит.

Может быть, самая большая революция 20-го века – это освобождение женщин, это все изменило. До этого был мир мужчин, жестоких мужчин. А сейчас мы видим мир, состоящий из двух частей.

Люди сейчас смотрят на жизнь как на азартную игру. А жизнь — не игра. Жизнь — таинство. Её идеал — любовь. Её очищение — жертва.