Удивительно, как легко отказываешься от того, с чем вчера, думалось, невозможно расстаться.

Железных людей нет. Есть люди деревянные.

Через двести-триста, наконец, тысячу лет, — дело не в сроке, — настанет новая, счастливая жизнь. Участвовать в этой жизни мы не будем, конечно, но мы для нее живем теперь, работаем, ну, страдаем, мы творим ее — и в этом одном цель нашего бытия и, если хотите, наше счастье.

Что за блаженство опять остаться с самим собой, углубиться в себя и наслаждаться тишиной лесов!

Большая ученость хуже болезни.