Язык есть машина, и не следует допускать, чтобы пружины ее скрипели.

Всякий писатель — доносчик. А всякая литература — донос.

У меня самого никаких неприятностей — я богат как рантье, начальства у меня нет, жены и детей тоже; я существо — вот моя единственная неприятность. Но это неприятность столь расплывчатая, столь метафизически отвлеченная, что я ее стыжусь.

У высокого положения есть то преимущество, что с ним можно по собственному желанию расстаться, и почти всегда есть возможность выбора более высокой или более низкой ступени: ведь не со всякой высоты непременно падаешь, гораздо чаще можно благополучно опуститься.

Иногда лучше сделать свою работу быстро, чем терпеливо ждать, когда ты наконец сумеешь сделать ее правильно.