Если бы у меня было сорок тысяч лет, я все, кроме последних девяноста, отдал бы безмолвию.

Ничто так не беспокоит людей, как нечистая совесть.

Непринуждённость во всем. Она животворит достоинства, вдохновляет речи, одушевляет дела, красит всё прекрасное в человеке.

Для человека, который лишен музыкального слуха, всякая музыка — шум.

Вещи не улучшаются, но мы делаемся лучше, изменяя их.