— Меня царицей соблазняли, но не поддался я!
Хороший мужчина настолько силен, насколько это нужно правильной женщине рядом с ним.
Просвещённый народ легче вести, но его труднее гнать, им легче управлять, но невозможно поработить.
Теперь же книги превратились для него в своего рода оборонительный вал, и хотя реальной защиты они не давали, в них всё же можно было найти какую-то опору. Они не особенно помогал жить, но спасали от отчаяния в эпоху, когда мир неудержимо катился в непроглядную тьму мрачной пропасти. Они не давали отчаиваться, и этого было достаточно.
Куда противники тюрем сажают своих противников?
Как странно, что именно то, к чему я относился враждебно и на что привык смотреть как на идолопоклонство, в дни одиночества и тревоги является моей единственной опорой и утешением.