— Что же может быть выше правосудия?
— Справедливость.

В этот момент я понял, что её уже не спасти — она размякла. Теперь она будет делать подарочки любимым учителям, любоваться пейзажами и кормить бездомных супом. И она никогда больше не будет поджигать мне волосы на ногах.

В двадцать пять гением может быть любой. В пятьдесят для этого уже что-то надо сделать.

Высокая техника боится человека и не верит в его сообразительность. Там, где это только возможно, она старается предохранить себя от ошибок, свойственных живому существу. Название было придумано жестокое, бичующее — защита от дурака!

Искусство восполняет недостатки природы.