Капитализм, с тех пор как его брат социализм объявлен мёртвым, страдает манией величия.

Страх смерти объясняется исключительно чувством самосохранения.

Искусство не изображает видимое, но делает его видимым.

Привычки — это конкретные обличья размеренности, та порция размеренности, которая помогает нам жить.

Иваны, родства не помнящие.