Время — движущий образ неподвижной вечности.

Если вам действительно жаль меня, лишите меня чувств и памяти, превратите в ничто; если же вы этого не можете, исчезните и оставьте меня во тьме.

Все уже нынче не то, что раньше, и прежде всего — моя память.

Я думаю, что многие остались бы в живых, существуй у нас смертная казнь.

И если человек смеётся, если во всём животном царстве только он способен на эту жуткую деформацию лицевых мышц, то лишь потому, что только он, пройдя естественную стадию животного эгоизма, достиг высшей, дьявольской стадии жестокости.