Собственное неведение человек осознает не более, чем рыбы, таращащиеся из пруда, – свое.

Если в начале пьесы на стене висит ружье, то (к концу пьесы) оно должно выстрелить.

Даже когда нам кажется, что мы достаточно глубоко проникли во внутренний мир другого человека, на самом деле это только кажется. Мы лишь стоим у входа в пещеру, чиркаем спичкой и быстро спрашиваем, есть ли кто-нибудь дома.

Я люблю свою собственную жену. Это моя эротическая тайна, которая для большинства людей совершенно непостижима.

Несчастье — это мы сами, а счастье — это другие.