Ночью каждый таков, каким ему бы следовало быть, а не такой, каким он стал.
Мы назвали все звезды и планеты, а может, у них уже были свои имена?
Сильнее воли богов наглость человеческая.
Все в мире совершенно, кроме этого любопытного произведения природы — человека.
Свои слова никогда не могут удовлетворить; требования, к ним предъявляемые, равны бесконечности. Чужие слова всё равно нельзя улучшить и переделать. Чужие слова, хотя бы отдалённо и неточно выражая нашу мысль, действуют как откровение. Отсюда обаяние эпиграфов и цитат.
И хорошо, и чувствительно, только непонятно.