Каждую женщину, с которой пересекалась моя жизнь, я любил, и не важно, десять минут или десять лет.
Цивилизация есть усложнение жизни, из одноэтажной жизнь делается многоэтажной.
Опыт — жестокий учитель, но на опыте ты учишься. И как учишься!
Потом-то я понял, что в данном случае Леверье, пожалуй, согласился бы со мной; ведь и он обрек себя на изгнание; ведь иногда безмолвие — это и есть стихи.
Слова — это то единственное, что остаётся на века.
Надежда — единственный законченный лжец, правдивость которого не ставится под сомнение.