Единственное, что я ценю в свободе, — это борьбу за нее; обладание же ею меня не интересует.

Одна из величайших вещей, на которую способна трагедия, это наделение новым смыслом тех слов, которые мы используем каждый день: любовь, дом, семья, преданность и зависть.

Знание человека может развиваться безгранично, ибо незнание его беспредельно.

Если бы богатство могло состоять в уродстве, то мы бы сказали, что гость барона был необычайно богат.

Опасно терять самодержавную власть прежде уничтожения рабства.