Поэзия, прости Господи, должна быть глуповата.

Книги на злобу дня умирают вместе со злободневностью.

Нет, то было не вино — то была страсть, жгучая радость, и бесконечная тоска, и смерть.

Может ли быть страшней обвинение, чем восторг, которого ты не заслуживаешь?

В восемнадцать лет мужчина обожает, в двадцать любит, в тридцать желает обладать, в сорок размышляет.