Бедность — уничтожение всех наших дарований.

Я переживаю самим собой великие идеи о том, что пространство и время — суть фикции.

Нико, послушай меня. На той неделе я ночевала в старой квартире. Первый раз. Кто-то ходил. Там, наверху. И я плакала. Как в тот день, в такси. Как и сейчас могла бы, только не буду. Хочется плакать от одного того, что мы называем друг друга по имени.

Нет лучшего средства принуждения, чем вежливость.

Я стою одной ногой в могиле и не желаю, чтобы мне наступали на другую ногу.