Под грязными лохмотьями Диогена скрывалось, быть может, столько же гордости, как под пышной одеждой божественного Платона.

О жизни и деньгах начинают думать, когда они приходят к концу.

Глядя, как вспыхивают её разноцветные волосы под красно-жёлтым, прорвавшимся сквозь листву солнцем, я вдруг ощутил, что люблю её настолько, чтобы перестать жалеть себя, отчаиваться, настолько, чтобы забыть о себе и просто радоваться её счастью.

— Браки всегда такие жалкие?
— Не обязательно. Только 80%.

— Здесь как раз в кустах случайно стоит рояль, я могу сыграть...