Противно быть под ярмом — даже во имя свободы.

Ужасно в стареющих мужчинах то, как они подсчитывают число своих любовных подвигов.

Будем на старости так же веселы, как в молодости. Молодость, подобно жаворонку, имеет свои утренние песни, старость, подобно соловью, должна иметь свои вечерние песни.

Лжешь ты мне или говоришь правду, я все равно тебя люблю, потому что ты моя и все, что твое, то и мое тоже, и ничто в мире не сможет этого изменить.

Когда двое говорят "за то, что было", значит, что-то осталось.