Роман умер. Умер, подобно алхимии... Зачем продираться сквозь сотни страниц вымысла в поисках мелких доморощенных истин?

Полная свобода возможна только как полное одиночество.

Он в самом деле смотрел на неё как будто не глазами, а мыслью, всей своей волей, как магнетизёр, но смотрел невольно, не имея силы не смотреть.

Фразы о народе чаще всего прикрывают равнодушие к народу.

– Я не говорю здесь "нет", но говорить здесь "да" тоже невозможно.