Даже рай в конце концов приедается.

Геройство — понятие искусственное, ведь смелость относительна.

Нико, послушай меня. На той неделе я ночевала в старой квартире. Первый раз. Кто-то ходил. Там, наверху. И я плакала. Как в тот день, в такси. Как и сейчас могла бы, только не буду. Хочется плакать от одного того, что мы называем друг друга по имени.

Нам придется испить до дна
чашу свою в этих скромных чащах:
жизнь, вероятно, не так длинна,
чтоб откладывать худшее в долгий ящик.

Терпит крах та идеология, которая обещает всем то, что могут иметь лишь немногие.