Религия и естествознание нуждаются в вере в Бога. При этом для религии Бог стоит в начале всякого размышления, а для естествознания — в конце. Для одних он означает фундамент, а для других — вершину построения любых мировоззренческих принципов. Религия и естествознание не исключают друг друга, как кое-кто ныне думает, а дополняют и обусловливают друг друга.

В основании всех человеческих добродетелей лежит глубочайший эгоизм.

Мы до последнего держимся за свою боль, справедливо подозревая, что она и есть мы сами и, если отнять её у нас, мы больше нигде себя не найдём. Поэтому к свободе мало кто спешит, а кто обрел её, на всякий случай помалкивает.

Жизнь есть смерть, и смерть есть жизнь; ласкать одну — раскрывать объятия другой.

Как любой человек не на своем месте, он жить не мог без банальщины и мелочной показухи; мозги ему заменяла кольчуга отвлеченных понятий...