Было ли время, когда правящий класс не жил под хрустальным куполом процветания, не желая видеть, что происходит снаружи?

Быть в мире и ничем не обозначить своего существования — это кажется мне ужасным.

«Человек создан для счастья, как птица для полёта» — мечтательно вздохнул классик. Эта дикая и странная птица называется страус. Летать не умеет, бегает, лягается, перья из хвоста у него выдирают на украшения, а от опасности он прячет голову в песок.

Что может быть убийственнее для шутника, чем просьба перевести свою шутку на простой и понятный язык, и объяснить, в чем ее соль?

Слова, как бы они не были красивы, остаются только словами, а не делом.