Жизнь научила меня никогда не терять надежды, но и не слишком полагаться на неё. Надежда жестока и тщеславна, у неё нет совести.

– Это мой третий стакан.
– А что происходит после четвертого?
– Ничего особенного. Я его выпиваю и жду пятого.

Во все времена богатство языка и ораторское искусство шли рядом.

Мы должны быть ничем, но мы хотим стать всем.

Если ты вверишь свои тайны ветру, не кори его за то, что он откроет их деревьям.