Любовь души — от пояса и выше, любовь тела — от пояса и ниже.
Все исследуй, давай разуму первое место.
Я избегал людей; все, что говорило о радости и довольстве, было для меня мукой; моим единственным прибежищем было одиночество — глубокое, мрачное, подобное смерти.
Странная всё-таки вещь — интуиция: и отмахнуться от неё нельзя, и объяснить невозможно.
Воспитание, главным образом, должно засеять наши сердца полезными для индивида и общества привычками.
Мы только к концу известного периода жизни, а то и к концу самой жизни, можем правильно судить о наших поступках и творениях, понять их связь и сцепление и, наконец, оценить их по достоинству.