История — это роман, в который верят, роман же — история, в которую не верят.

Искусство, оно вообще жестоко: тянет к себе, а потом всех расставляет на свои места — без снисхождения.

Всегда быть точным утомительно.

Знанию всегда предшествует предположение.

Иметь в себе самом столько содержания, чтобы не нуждаться в обществе, есть уже потому большое счастье, что почти все наши страдания истекают из общества, и спокойствие духа, составляющее после здоровья самый существенный элемент нашего счастья, в каждом обществе подвергаются опасности, а потому и невозможно без известной меры одиночества.