Молвы боятся многие, совести – кое-кто.

Обычность, — она злая и назойливая, и ползет, и силится оклеветать сладкие вымыслы, и брызнуть исподтишка гнусною грязью шумных улиц на прекрасное, кроткое, задумчивое лицо твое, мечта!

Он всегда жил тихо и застенчиво: все озирался, не мешает ли кому, не застит ли солнышка, не путается ли в ногах. За это бы от всей души спасибо ему сказать, но спасибо никто ему не говорил. Никто.

С молодыми всегда так — они видят препятствия там, где их нет.

Привыкший быть пешкой в чужих руках, легко может стать и шашкой.