Человек не может уйти от собственной глупости, как бы ни был он стар.
Во всей стране найдутся от силы два-три мужчины, которые не считают себя увлекательнейшей темой для разговора.
Желание, чтобы нас помнили после смерти, суетно, потому не удивительно, что желанием этим обыкновенно пренебрегают.
Никто ничего никогда не знает о следующем часе своей жизни.
Часто, когда два человека молчат, это молчание бывает гораздо значительнее, чем разговор.
Она сама — словно дом, населенный призраками. Она сама не властна над собой; иногда ее предки являются и выглядывают из ее глаз, как из окон, и это выглядит очень пугающе.