Он обернулся. Меня не было в этом взгляде настолько, что не знаю, как я не исчез.
Я счел бы совершенным то правительство, которое сумело бы подкрепить силу резонами с таким же успехом, с каким подкрепляет резоны силой.
Чувство собственной неполноценности не покидает меня всю жизнь. Смешными кажутся ура-патриоты, толкующие о величии наших народов.
Ты был для меня — как объяснить тебе? Любое сравнение, взятое в отдельности, слишком узко, ты был именно всем для меня, всей моей жизнью.
Чем меньше заслуга, тем громче похвала.
Мир — хижинам, война — дворцам!