Нельзя осуждать человека за то, что он хочет счастья, и за то, что он больше не желает лгать.

Возможность того, что кто-нибудь меня полюбит, казалась мне такой далекой — как сон, как одна из тех сказок, что придумываешь для себя сам.

Еще один экстравагантный штрих: маленький телевизор стоял на полке перед туалетом. "Телевизор для меня — отличное слабительное", — пояснил он.

Все вооруженные пророки побеждали, а все безоружные гибли.

В воспитании все дело в том, кто воспитатель.