Вот так бывает всегда в приключенческих повестях. Все только и делают, что спасают друг друга и спасаются сами. Хотела бы я, чтобы кто-нибудь когда-нибудь написал о той, кто пытается потом согреть героев.

Князь, зачем вам это? Я же вас попутаю до смерти. Да и на что мы будем кушать и вам пилюльки покупать?

Наша жизнь — пьеса, в которой Бог распределил роли. Нам остается лишь их с достоинством сыграть.

Радость — чувство сильное и глубокое, эмоция чистого восторга, охватывающая сознание целиком; её можно уподобить опьянению, зачарованности, экстазу...

Не смерти я боюсь — я боюсь жизни. Это она, сколько себя помню, всегда казалась мне непостижимой и страшной. Полная моя неспособность в нее вписаться.