— Что нам природа: леса, горы, луна? Ведь мы не дикие, мы люди цивилизованные.
— Действительно, брат, скучно. Ну, пойдем, цивилизованный человек. Пойдем в буфет!

Наш глубочайший страх не в том, что мы ущербны, наш глубочайший страх лишь в том, что мы сильны.

Ему было бы что сказать, если бы он столько не говорил.

Как самое правдивое общество всегда приближается к одиночеству, так самая великолепная речь в конце концов падает в тишину.

Только медленное изменение человеческой природы путем социальной жизни может произвести устойчивые перемены к лучшему.